Губители (Ravener)


Demon: the Fallen. Символ Губителей (Ravener Symbol) Эпоха Гнева был долгой и тяжелой. Множество славных людей и доблестных Элохим страдали и умирали. Иллюзии были утрачены. Честь уступила место прагматизму, который, в свою очередь, затерялся под грузом мщения, ярости и отчаянья. Люди открыли для себя зло, а ангелы научились ненавидеть. К концу войны многие из падших стали всего лишь живыми машинами разрушения, их радость созидания извратилась и стала любовью к уничтожению.
Ещё до поражения в войне они стали безумными, злобными и низкими. Ещё до того, как лишились большей части своей силы. До того, как были низвержены в сводящий с ума Ад одиночества на срок, который бессмертным существам казался вечностью.
Теперь эти истерзанные и разгневанные Элохим освободились — спустя многие века, в течение которых не испытывали ничего, кроме боли собственного рассудка, пожирающего самого себя… и обнаружили, что мир столь же омерзителен и испорчен, как и они сами. Созерцая нечистую планету, порочное и жестокое человечество и вселенную, превратившуюся в жалкое подобие своего былого величия, они видят лишь единственное подходящее решение.
Уничтожить.
Уничтожить всё.
Смести эту жестокую насмешку над Раем, который они когда-то строили. Подарить человечеству милосердный покой могилы. Уничтожить все труды Бога, в надежде подтолкнуть его наконец к уничтожению их самих.
Для падших победа уже невозможна, но они ещё достаточно сильны, чтобы уничтожить приз — мир — даже если его вырывают из их цепкой хватки.
Конкуренты: Как у самой радикальной фракции, у Губителей больше всего врагов.
Они ненавидят Люциферан за то, что те добровольно идут по неверному пути. Если Люцифер подстроил Великое Освобождение, то где же он? Какое тошнотворное зрелище — бывшие властители Мироздания суматошно носятся в поисках нового бородатого патриарха, который поведет их к величию, сокрушит зло и накроет их на ночь одеяльцем. Они с тем же успехом могли бы ожидать Годо, а не их драгоценного Утреннюю Звезду.
Вожможно, единственное зрелище, еще более омерзительное, чем Элохим ведущие себя словно дети, это Элоим, играющие в родителей. Фаустианцы прошли путь от служения Богу до противостояния Богу и страдания от руки Бога… до решения, что они смогут заменить Бога? Губителям такой поворот кажется смешным, особенно потому что Фаустианцы считают сумасшедшими именно Губителей.
Если Фаустианцы и Люциферане и сошли с ума, полагая, что смогут всерьёз выступить против Бога, они хотя бы понимают, что идёт война, что она не прекратилась только потому что одна из сторон была поставлена на колени на миллион лет. Миротворцы, вероятно, могут получить столь яростно оспариваемый титул «Самой ненавистной для Губителей фракции», просто потому что она — самая оптимистичная.
Единственная фракция, которую Губители терпят, это Криптики, но только потому что она (пока что) ещё не определилась. Губители полагают, что в итоге Криптикам надоест задаваться бесконечными «Почему?» и они начнут крушить направо и налево. Ведь это единственный достойный выбор для реалиста.
Дома:Губитель-Пожиратель стал стереотипом не без основания. Пожиратели, вероятно, менее всего склонны к долгой рефлексии, а Губители — фракция действия. В отличие от других групп, Губители не надеются на победу, так зачем тратить время и разрабатывать планы на сто лет вперед, на десять или даже на год? Трудная жизнь и ещё более трудная смерть — вот достойные цели для отважного Пожирателя.
Более замысловатыми Губителями становятся Искусители, разочаровавшиеся в прекрасном за время войны и изгнания. Теперь они посвятили себя тому, чтобы сделать уродливый мир ещё уродливее, стали почти незаметной мягкой рукой, движущейся в тени железного кулака Пожирателей. Наткнувшийся на вас Губитель-Пожиратель скорее всего просто убьет вас. Губитель-Искуситель куда вероятнее сделает так, чтобы вы сами убили себя — после того, как подорвёте или попросту уничтожите всё, что вам когда-то было дорого.
Против Губителей настроены большинство Разрушителей. Возможно, связь с земными недрами позволяет им более спокойно воспринимать поверхностное разложение. Возможно, их уравновешенная и аккуратная натура, привыкшая к труду, растянутому на целые геологические эпохи, неприемлет явной спонтанности этой фракции. Или, возможно, они не способны подавить свою изначально творческую сущность, чтобы полностью отдаться разрушению.
Руководство: Сауриил Освободитель пользуется уважением и почитанием своих соратников-Губителей. Один из немногих Убийц, придерживающихся философии Губителей, он способен предаваться мщению и жестокости даже по ту сторону могилы. Когда-то он был одним из великих князей Люцифера, и привык полагаться не столько на убеждение, сколько на запугивание.
Его противоположность — Суфалтус. Раньше она была Источником Текущих Вод, но сейчас — Герцогиня Пыли. Она верит (и громко заявляет), что восстание потерпело неудачу из-за внутреннего предательства — а именно, предательства со стороны одного мятежника, который подозрительным образом отсутствовал в Бездне. «Тот, кто предал однажды, предаст снова», — говорит она, и теперь предпринимает попытки саботировать усердный труд людей, ангелов и демонов. Обоюдная ненависть, испытываемая ею и Назатор, настолько сильна, что, даже просто встав между ними, вы будете обожжены яростью.
Цели: Хоть Губители и прославились любовью к бессмысленным бойням, на практике они весьма тщательно выбирают цели — такие, которые можно изолировать, чтобы нападение не привело к ответным карательным мерам. Губители особенно активны в регионах, терзаемых войной, где их зверства могут свалить на противника (а в идеале — каждый из противников будет валить на другого). Однако для выполнения таких миссий необходима безопасная база, куда куда можно будет вернуться. Базы Губителей в данный момент возводятся в северном Ираке, в Македонии, в горах Мексики и в Кашмире. Всё больше Губителей отправляется в Западную Африку, в южноамериканские Анды, а также в области между Аральским и Каспийским морями. Губители действуют и в Северной Америке, но здесь они не так многочисленны и работают осторожнее, чем где бы то ни было ещё.
Источник:Demon: the Fallen, стр. 115
Перевод — Русская Борзая