Дорога из Стали и Душ. Часть I


Собрание единомышленников

Глубоко внутри Острова Скорбей завывали удары молотка. Двенадцать более или менее человеческих голов послушно повернулись в сторону его обладателя - угольно-чёрной пародии на человека, представившимся Эмбером (Янтарём). Как и все они, он сидел в кресле выкованном из чёрной стигийской стали, скорее практичном, нежели красивом. Души, слепленные в подушки (благодаря усилиям Госпожи Катрины из Гильдии Скульпторов, как подчеркнул их хозяин, указывая на одну из тех, кто пришёл пораньше) являлись единственным элементом украшения, да и то они всё же оставались исключительно функциональными.
Комната соответствовала находившейся в ней мебели своей аскетичной простотой. Единственный выход, перекрытый стальной дверью, возвышался над Эмбером и ещё больше оттенял его лицо. Не было ни единого окна, выглядывающего в Имперский Город, а пол, как и стены, представляли собой отполированную поверхность из стали душ. Люстра в виде колеса свешивалась на чёрной цепи с потолка; слепленные свечи, находившиеся на концах её спиц, давали бездымный красный свет. Под люстрой расположился огромный стол, чьим ножкам было придано некое сходство с лапами дракона, а поверхность была отполирована до темно зеркального блеска. Кроме двенадцати фигур в масках, сидевших за столом, и самого Лорда Эмбера, в комнате не было ни души.
Сам же Эмбер был одет в свободные серые робы, а его кожа была потрескавшейся и шероховатой, да и черна как уголь. Он был совершенно лысым, а выглядел как высеченная статуя, которую потом выкинули, сочтя плохой работой. Только яркие белки его глаз и тёмно красный рот придавали хоть какой-то цвет всей его фигуре. Он казался привидением среди прочих призраков, и вокруг него раздавался неприятный запах угля. В левой руке он держал чёрный покрытый золотом молоток, чьи удары призвали остальных к молчанию; в правой он держал пачку бумаг. Дюжина сокрытых масками лиц с выжиданием смотрели на него, а глубине комнаты кто-то кашлянул. Возможно, выражая так нетерпение, или просто по привычке, оставшейся с времён, когда ещё дышал.
Когда наконец-то раздался голос Эмбера, загрубевший от копоти, после столетий проведённых в кузнице, то он казался низким гулом.
- Прошу меня извинить, - были его первые слова, - за то, что я созвал вас так рано. Мне известно, что мы не должны были встречаться ещё целых семь лет, но мне показалось, то, что я собираюсь вам поведать… оправдывает риск.
Помахав для пущего эффекта листами бумаги, он стал ждать. Каждая пара глаз в комнате, он заметил, впилась в бумаги. Разумеется, как он того и хотел.
- Это безумие. – Раздался голос сзади, из-под маски леопарда. – Это просто идиотизм встречаться так рано. Ну а делать это внутри самого Города – чистое самоубийство.
Он, облачённый в одеяния придворного времён де Медичи, скрестил руки в знак неодобрения. Его призрачные ноги, обутые в реликтовые кожаные сапоги были закинуты на стол.
Нахмурившись, Эмбер повернулся к нему:
- Мой дорогой Лорд…
- Без имён.
- Ну разумеется. Мастер Певчих, - и Эмбер замолк, давая другим посмеяться. Хлыщ за леопардовой маской был самым последним в долгой линии «Мастеров Певчих», посещавших такие собрания, и каждый из которых был, разумеется, приманкой, которую не жалко потерять. Сперва Эмбер находил забавным то, как подсадные Главы Гильдий пытались следовать этой лжи. Сейчас, это стало его раздражать. С их стороны было бы крайне любезно хоть врать убедительно.
Смех, разумеется, был вызван тем, что более чем вероятно все собранные этой ночью «Главы Гильдий» являлись «самозванцами». Включая Эмбера.
- Мастер Певчих. Пользуясь правом Главы Старейшей Гильдии, я созвал нас сегодня потому как счёл это важным, а не потому, что после двадцати двух веков у меня внезапно появилась тяга к самоубийству. Что же касается встречи в Стигии, то, как сказала когда-то одна из моих учениц, где же лучше спрятаться, как не на самом видном месте?
Тучная дама, облачённая в развевающиеся робы, которые завывали и время от времени извивались одновременно со щупальцами её маски осьминога, вскочила, закричав:
- Ты забрал её? Она была нашей по праву!
Символы на её руках передвигались в унисон с её движениями, и те же символы двигались и по её маске. Эмбер выражал само смирение.
- Она выбрала нас. Мы её не забирали. Да и кто мы такие, чтобы отказывать такой многообещающей ученице?
- Мы должны были посоветоваться. Мы бы нашли ей более достойное применение.
- И она, не сомневаюсь, многому бы научилась, с твоим-то ледяным спокойствием, - отозвался сзади Певчий. Эта женщина, Оракул, садясь обратно в кресло, демонстративно проигнорировала его.
- Вы бы её тоже жиром накачала, а, мисси Кассандра?- и снова это был Певчий, лениво потянувшийся за своей лютней, в то время как Оракул опять вскочила. На грохот, произведённый её упавшим креслом, никто не обратил внимание.
- Не смей больше произносить это имя, - прошипела она, - иначе тебе грозит выкинуть «змеиные глаза» на кубиках сделанных из твоих пальцев.
На её маске и белых пухлых руках дёргались и извивались символы.
- Разве разумно, - спросил Певчий, перебирая своими длинными пальцами струны лютни у шейки, - угрожать мне в месте, где такое хорошее эхо? Играй в свои игры с Алхимиками, мелкая жирная обманщица. Может их то тебе и удастся запугать.
- Обманщица? Ты только что накликал себе целое столетие неудачи, мелкий гадкий…
- ХВАТИТ! – молот взвыл в тот момент, когда Эмбер ударил им о стол с такой силой, что разбил его зеркальную поверхность. Осколки с грохотом упали на пол. Эмбер встал со своего кресла, его лицо покрывали красные от гнева отметины, а глаза от злости стали зелёными.- Маленький певец, ты уже сказал достаточно.- Не давая тому встать, он накинулся на Певчего, стиснув рукой горло певца. Разбитый молоток валялся на полу и стонал.
- Я этого не потерплю. Если ты, или кто-либо из твоих преемников, снова прервёт подобное собрание, я отомщу. Я лично выслежу тебя и притащу в свою кузницу. Я пущу тебя на монеты, а потом разбросаю их по самым удалённым уголкам Империи, кроме тех, что я пошлю в Пустоту или Ад Нефритового Императора. И я позабочусь, чтобы на протяжении всего процесса ты был в сознании.
Ну как, соловушка, нравится как это звучит? Чуть-чуть твоего разума в Китае, чуть-чуть тут. Немного валяется в пыли на полу моей мастерской. И немного затерялось в канализационном стоке. Правда, звучит изумительно? – только хрип был ему ответом, - Я тебя не слышу, соловушка. Тебе нравится, как это звучит?
- …нет… - был придушенный и полный ужаса ответ.
Эмбер отпустил Певчего, который грохнулся на пол под аккомпанемент бряцанья струн. В комнате никто не шелохнулся. Было тихо.
- Ладно, - сказал Эмбер.- Вернёмся к делу. Мы здесь собрались, чтобы поговорить о Хароне.
- Харон давно пропал и погиб, - прошептала женщина с чернильно-чёрными пальцами Искупителя. Она взглянула на Эмбера как хищник на воробья и нахмурилась под своей полумаской.
- Просто пропал. Не погиб. Я хочу его вернуть.
- Невозможно! – снова воскликнула пышнотелая Оракул.- Он с Горулом сгинул в том ужасном водовороте, и мы его больше никогда не увидим.
Мужчина справа от Эмбера, отмеченный широкими плечами и бандитской рожей типичного Страшилы, отрывисто рассмеялся:
- Миклос был прав. Ты сумасшедший.
Эмбер повернулся к нему, всё ещё сжимая бумаги.
- Идиот. Под властью Владык Смерти Стигия катится в ад. Без Харона и единого правления, это просто вопрос времени, кто доберётся до нас раньше – Спектры или другие Тёмные Королевства.
- Вероятно,- раздался голос Искупительницы, - Однако это вызывает несколько вопросов.
- Например?
- Например, где он сейчас? Как мы его вернём обратно? Каким образом это будет нам выгодно? И почему именно сейчас вы объявили об этом?
- Сперва я дам ответ на последний вопрос. – Ответствовал Эмбер, снова садясь в кресло. Молоток ещё раз всплакнул, и Страшила раздражённо пнул его.- Сейчас, потому что я только что получил кое-какую новую информацию, касательно исчезновения Харона. Выгода для нас, помимо банального выживания, заключается в том, что если мы, Гильдии, вернём Харона из Лабиринта, то он будет нам должен. По меньшей мере, он восстановит наш статус в Стигии. Конец Владыкам Смерти, мы у власти.
- Возможно, - раздался голос со стороны немигающих глаз за маской в виде луны, - Вы сказали вернуть его из Лабиринта. Смею предположить, вы знаете, что он именно там?
Эмбер пожал плечами:
- Где же ему ещё быть?
- В Пустоте. В Брюхе у Горула. Режется в «дурака» с дедушкой Нхудри. Вариантов масса.
- Согласно всем имеющимся у меня сведениям, он находится в Лабиринте, - и он снова потряс бумагами. – В некоторой степени.
- Не может быть, - промурлыкала Искупительница.
- Эти бумаги были добыты подмастерьем моей Гильдии. Того, что специализируется в компьютерах. Он немного недисциплинирован, и этим объясняется, почему он до сих пор подмастерье, но на досуге он занимается тем, что добывает некоторую интересную информацию. В этот раз он столкнулся с тем, что выше его понимания.
Он обнаружил файл в компьютере, принадлежащему психиатру, живущему рядом с его Пристанищем. Этот врач натолкнулся на группу пациентов, страдающих от одинаковых кошмаров. Всем им было больше 55 лет и никто из них не был в состоянии заснуть, из-за кошмара, который у них впервые появился во время Пятого Вихря, и вот теперь вернулся. Во сне из океана является монстр и сражается с человеком на лодке. Я полагаю, вы будете безмерно удивлены, когда я скажу вам, что сон кончается водоворотом, поглощающим и человека и чудовище.
- Да, звучит знакомо. Но я не вижу в этом особого смысла.- Произнесла определённо не удивлённая Искупительница.
- За исключением того факта, что люди это видят во сне?- Эмбер сделал паузу, чтобы бросить вопросительный взгляд на одиноко сидящего Песочного Человечка и встретил его немигающий взгляд. – Кроме того факта, что и 50 лет спустя их тревожит тот же кошмар? Кроме того факта, что описания Острова и Плачущей Бухты, да и самого Харона доскональные во всех отчётах? А как насчёт того, что мой подмастерье обнаружил схожие записи точно таких же снов в офисах четырёх других психиатров, живущих в дне пути от его Пристанища?
- Дайте мне на них взглянуть, - наклонилась вперёд с протянутой рукой Искупительница.
- С радостью, - ответил Эмбер, раздавая бумаги находившимся в комнате. Даже Певчий взял свои без каких-либо комментариев, и на несколько минут можно было услышать только шелест переворачиваемых страниц.
Именно Оракул нарушила молчание.
- Все они имеют кое-что схожее, - сказала она раздражённо. – Мне это не нравится.
- Что не нравится? – отозвался Страшила. – Большинство из этого просто дерьмовая писанина. Что ещё тебе взбрело в голову?
- Ну, все она рассказывают о Горуле… хорошо, мы ведь согласились, что это Горул… все они повествуют о том, как он выходит из волн и кричит что-то вроде «Я пришёл! Где меня ждёт моя жертва?» или как-то так.
- Более или менее верно, - кивнул Эмбер.
- Но я не помню, чтобы слышала такое! Я была на крепостной стене, когда появился Горул, и он ничего не сказал. Он просто выл. Я не помню слова, которые помнят эти люди.
- Я тоже не помню этих слов, - вставила Искупительница.- Это меня тревожит.
- Мы можем позвать Мнемои и узнать, что же мы помним. – Все головы повернулись в конец комнаты, где ухмылялся за своей леопардовой маской Певчий.
- Даже не шути так, певец. Даже не шути. – Лицо Искупительницы было мрачнее тучи.- Да уж скорее я открою ворота перед Ю Хуаном, чем дам Мнемосу копаться у себя в голове.
- Просто предложил. Те немногие, которых я встречал, в самом деле, были милыми людьми.
- Значит ты ещё больший дурак, чем тебя считает Эмбер, а это о многом говорит. Нет, меня больше всего волнует то, что, как они утверждают, говорил Горул.
Эмбер Холодно улыбнулся.
- Упоминание жертвы? Да, это сразу привлекло моё внимание. Поэтому-то я здесь вас и созвал.
- Потому что Горул хотел жертвы? Логично, для такой твари как он, - пробормотал Страшила. Оракул пригвоздила его взглядом. Он тот час же стушевался под ним.
- Кретин. Если он пришёл за жертвой, значит кто-то обещал ему жертву.- Повисла долгая пауза.- Кто-то пообещал ему жертву. Кто-то призвал сюда Горула, а Харон был наживкой. Предатель. Предатель убил Харона.
- По крайней мере, попытался.- Слова притворного оптимизма Эмбера, сорвавшись с его уст, эхом отразились от отполированных стен. – Да, предатель подставил Харона. Если мы найдём предателя, мы найдём дорогу к Харону. Если мы найдём дорогу, найдём и самого Харона. Если мы найдём Харона, мы освободим его, и вот он возвращается к Плачущим Башням, весь окружённый сталью и славой. Эти воспоминания – первый шаг на пути обратно к власти для нас всех. Для наших Гильдий.
Певчий горько рассмеялся.
- Если вы можете доверять собственному разуму и памяти. Я не верю обоим. Да я не верю и Лорду Кирпичу, я не верю, что это волшебное свидетельство просто так всплыло. И я не верю тому, что, несмотря на то, что мы все видели Падение Харона, никто из нас не припомнит, чтобы Горул произнёс хоть одно членораздельное слово. Здесь какая-то игра, Эмбер. Почему мы должны в неё играть?
- Потому, - раздался ответ, но не от Эмбера, а от Оракула, - Потому, что у нас нет выбора.
И молчание опустилось на комнату, так как в двенадцати головах зверь, вот уже полвека как исчезнувший, снова возопил из глубин.

 

Источник: Guildbook - Artificers
Перевод: Тайлер Дёрдон.